К чему может привести конфликт правящей «Грузинской мечты» с Единым национальным движением экс-президента Михаила Саакашвили? Как относится Тбилиси к региональной инициативе «3+3»? На эти и другие вопросы пресс-клуба «Джейран Медиа» ответил лектор Тбилисского государственного университета, политолог Арчил Сихарулидзе.

Насколько серьёзный внутриполитический кризис в Грузии? Могут ли процессы вокруг задержанного президента Михаила Саакашвили привести к смене власти в стране? 

В Грузии кризис элит и мышления, который длится уже десятилетия. Однако есть усталость от революций и митингов, поэтому следующее десятилетие кризис продолжится, но без революционных сценариев. Следовательно, и приезд Саакашвили не может привести к смене власти.

Складывается впечатление, что в конфликте властей и оппозиции симпатии США и ЕС больше на стороне оппозиции. Насколько это так? 

Запад на стороне той власти, которая называет себя прозападной, и пока что, исходя из реакции на задержание Саакашвили, можно сказать, что идет политика ожидания. Скорее всего, Запад надеется на то, что судебная система Грузии сможет независимо решить вопрос. Если же нет, то есть ЕСПЧ (Европейский суд по правам человека).

Главным оппонентом правящей «Грузинской мечты» является ЕНД экс-президента Саакашвили. Есть ли запрос в обществе на появление «третьей силы», претендующей на власть? И возможно ли это в ближайшем будущем? 

Есть очень острая потребность и запрос на «третью силу», но все новые лица вливаются или в «Грузинскую мечту», или в ЕНД, и поэтому в стране есть кризис мысли и взглядов. Пока что не стоит ожидать формирования третьей силы. Нет соответствующей инфраструктуры, логистики и финансовых возможностей. Система в Грузии сформировалась двухпартийной, и третьей силе будет очень тяжело появится.

В последнее время много говорится о платформе «3+3» на Южном Кавказе. Насколько это региональная платформа соответствует интересам Грузии? Возможно ли участие Тбилиси в данной инициативе? 

Интерес Грузии — это НАТО и ЕС, но, поскольку пока что эти двери закрыты, Грузия обязана участвовать в платформах, которые формируются. На данный момент Грузия не готова войти в формат, но сотрудничать — да. И это в интересах страны, а также самого Запада, чтобы получать информацию и быть представленным.