Третий президент Грузии Михаил Саакашвили был задержан грузинскими правоохранителями в октябре. Вскоре после задержания, Саакашвили объявил голодовку в знак протеста против несправедливого отношения и против т.н. произвола грузинских властей, что совпало с выборами в органы местного самоуправления 30 октября. Напомним, что данные выборы, несмотря на свою малую значимость, были настолько политизированы как правящей партией, так и оппозицией, что фактически были приравнены к парламентским выборам либо референдуму. Всё это было обусловлено политическим решением «Грузинской мечты» подписать соглашение Шарля Мишеля, в котором говорилось о назначении досрочных выборов в стране, если правящая партия получит менее 43% по итогам выборов в органы местного самоуправления.

Фактор Саакашвили сохранил свою значимость в грузинской политике. Об этом говорит и то, что вопросы условий содержания и состояния бывшего президента занимают центральное место в информационном пространстве Грузии и в информации, распространяемой на международном уровне. Можно сказать, что вопрос Саакашвили перекрыл собой другие, более значимые темы внутриполитического и внешнеполитического характера.

Вопрос голодовки бывшего президента был помещён в сферу общественного интереса: и сторонники, и противники Саакашвили были вовлечены в обсуждение его персоны. Эффективный пиар медийщиков ЕНД создал вакуум информации и отчасти разорвал реальность на сконструированную и фактологическую картины, когда граждане, вне зависимости от их отношения к Саакашвили, не могли знать наверняка, соблюдает ли тот голодовку. Повышенный общественный интерес отчасти вынудил правительство в лице пенитенциарной службы пойти на моральный компромисс и распространить тюремные кадры с Саакашвили, где он пребывал в кабинете тюремного врача или был переведён в другую камеру. Скорее всего, правительство пошло на это, будучи вынужденным оправдать себя перед общественностью и удовлетворить интерес граждан к персоне Саакашвили, что говорит о том, что давление на власть возрастает.

В свою очередь бурю негодования со стороны ряда членов европарламента и политических деятелей стран Восточной Европы, которые, как правило, имели тесные связи с ЕНД во времена правления Саакашвили и сохранили солидарность с партией после смены власти в стране, вызвало недопущение в тюрьму к Саакашвили европарламентария Анны Фотыга. Представитель партии Лело, бывший член ЕНД Саломе Самадашвили охарактеризовала действия правительства Грузии как антиевропейские и означающие разворот от ЕС. Аналогичный дискурс развивали другие представители оппозиционных партий, связанных с ЕНД. Подобная риторика оппозиции не нова. В грузинской политической среде традиционно вопросы внешней и даже внутренней политики решаются «сообща» с западными партнёрами, что называется «урезанным суверенитетом». Таким образом, позиция европарламентария по вопросам судебной системы и выносимых решений также подпадает под влияние внешних акторов. В процессе закрепления механизмов внешнего влияния на внутренние процессы в Грузии задействован институт омбудсмена. Благое по своей сути учреждение, предполагающее защиту прав граждан и недопустимость произвола по отношению к ним, действует как политический актор. Омбудсмен Нино Ломджария три раза подала прошение в Европейский суд с просьбой принять участие в судебном процессе над Саакашвили в качестве третьей стороны. Европейский суд трижды отказал в прошении, аргументируя это наличием процедурных сложностей.

В связи с возмущениями партнёров, «Грузинская мечта» следует чёткой линии в отношении дела Саакашвили. «Там, где не было соблюдено правосудие по отношению к преступнику, возникла прямая угроза миру и стабильности, являющихся обязательным условием непрерывного развития страны. «Грузинская мечта» никогда не допустит подобное, правосудие будет совершено по отношению всех тех лиц, совершивших преступление», —заявил председатель правящей партии Ираклий Кобахидзе.

В целом правительство Грузии занимает конкретную позицию по отстаиванию ряда суверенных прав в вопросах внутренней политики, и подобный подход к сотрудничеству с ЕС и США в последнее время всё больше прослеживается в заявлениях и действиях грузинских властей. Более мягкую позицию занимает президент Грузии Саломе Зурабишвили. После того, как Министерство Юстиции распространило тюремные кадры Михаила Саакашвили, президент выступила с брифингом, осудив подобные незаконные действия по отношению к заключённому. В данной ситуации правительство «Мечты» и президент Зурабишвили напоминают хорошего и злого полицейского, которые идут к одной цели, но разными методами. Разумеется, президент несёт меньшую ответственность за происходящее, однако будучи балансирующим элементом и, можно сказать, главным дипломатом страны и представителем Грузии на международной арене, Зурабишвили проявляет максимальную гибкость и посылает чёткие сигналы партнёрам страны. Разумеется, подобные заявления сильно бьют по ее популярности, тем не менее это та позиция, которая необходима для медиатора между правительством и оппозицией.

Оппозиционные СМИ спекулировали и темой перевоза Саакашвили в Руставский военный госпиталь и, по классике грузинской политической реальности, обвиняли правительство в игре на руку Кремля, вменяя им попытку убить Саакашвили. Однако информационный шум не имел особого эффекта. Аналогичное наблюдается в попытке оппозиционных лидеров мобилизовать сторонников Единого национального движения и самого Саакашвили, с целью освобождения последнего из тюрьмы. Тем не менее оппозиция не обладает политическим ресурсом, и, самое главное, если сравнивать нынешнюю ситуацию с «революцией роз», в её рядах нет влиятельных авторитетных фигур, способных консолидировать сторонников и убедить их выйти на уличные протесты. Максимальный ресурс был показан во время акции на площади Свободы, и он, по очевидным причинам, является недостаточным для проведения манифестаций.

Несмотря на невозможность добиться цели мирным путём, ряд оппозиционных партий рассматривает вероятность саботажной деятельности. Речь идёт о блокировке улиц, помехах в работе правительства, саботаж работы государственных учреждений и т.п. На данный момент сложно говорить об успешности подобных предприятий, поскольку грузинское внутриполитическое пространство повержено в полный хаос, и единственный способ урегулирования ситуации видится в люстрации и разработке законодательной базы, регулирующей парламентскую и политическую деятельность субъектов. Пока бывший президент разыгрывал карту голодовки перед своими сторонниками, а его сторонники пытались использовать внешний фактор для легитимизации политического протеста, более важные вопросы общественно-политического, экономического и в том числе фактора здравоохранения были задвинуты на задний план. Как внутри самой Грузии, так и вовне основной темой была персона Саакашвили, что, несомненно, вредит стабилизации ситуации в самой стране и её внешнеполитической активности.

От Скворцова Нино

Политический обозреватель, аспирант РУДН