О том, как будет развиваться мир и что ожидать в глобальной политике в 2022 году, о возможном расширении Евразийского экономического союза, о путях мирного решения военных конфликтов и о других актуальных вопросах корреспондент “Джейран медиа” побеседовал с политологом, д.и.н., профессором РГГУ Тамарой Гузенковой.

— Каким будет миропорядок в 2022 году? Какие тенденции в политике Вы видите?

— 2022 год уже не за горами. Совсем немного времени осталось до Нового Года.

То, что касается определенных тенденций или условий, которые складываются, это в значительной степени диктуется теми обстоятельствами, в которых мы живем. Я имею в виду прежде всего пандемию коронавируса, которая подкосила весь мир. И в этом отношении серьезные аналитические центры, которые занимаются изучением мировой экономической конъюнктуры, политическими процессами, считают, что 2022 г. и его динамическое развитие в значительной степени зависит от того, как страны справятся с пандемией и насколько быстро они преодолеют эту вирусную инфекцию.

Она ведь в значительной степени связана также с потоками людей, в том числе с трудовыми мигрантами, с проблемой локдауна, со снижением экономической активности, с ухудшением образовательного процесса, и, конечно, она касается тех отраслей и сегментов экономики, которые связаны с передвижением людей.

Но тем не менее ситуация складывается не трагически. Более того, некоторым странам и экономикам удалось удержаться в хороших темпах развития, и среди стран-членов ЕАЭС Армения находится на очень неплохих позициях. В 2021г. ей удалось нарастить ВВП на 4,8% в условиях мирового экономического кризиса. И на 2022 г. предполагается, что эти позитивные динамические процессы тоже будут сохраняться, но для этого нужно прикладывать усилия.

В целом в 2022 году мир будет неспокойным — так же, как это было в последнее время. Дело в том, что мы находимся в стадии геополитического перехода. Он связан с тем, что одни государства начинают сдавать свои позиции, а другие группы стран выходят на более высокие. И это состояние перехода и обмена геополитическими ресурсами связано с очень серьезными пертурбациями.

Очень серьезный вопрос на 2022 г. и на более отдаленное время — это вопрос, связанный с разрешением определенных вопросов и конфликтов исключительно политическим, дипломатическим путем, а не путем военного столкновения или жесткого противостояния.

Это та проблема, над которой нужно очень серьезно работать, потому что блокировка свободной экономической деятельности, какие-то инфраструктурные проблемы, которые могут использовать страны, в современных условиях совершенно неприемлемы.

Будем надеяться, что в 2022 г. не будет каких-то катастрофических потрясений, и некоторые показатели 2021 г. дают основания надеяться, что 2022 год мы проживем с более хорошими экономическими, культурными, миграционными показателями.

— Видите ли Вы тенденции расширения ЕАЭС в ближайшем будущем? Будет ли союз существовать только на экономической платформе либо в него будут также включены политические, культурные, цивилизационные составляющие?

— ЕАЭС действует, и он показал очень неплохие результаты за последние годы, несмотря на проблемы, связанные с локдауном. Евразийский союз является открытой интеграционной системой. Этот союз сейчас насчитывает 5 полноправных членов и 3 наблюдателей. Есть претенденты, которые в недалеком будущем могли бы стать членами этого объединения. Что касается вопросов, связанных с цивилизационными, политическими и культурными аспектами, изначально союз создавался и позиционировался как экономическая структура для того, чтобы обеспечить свободное передвижение товаров, услуг, людей и капиталов.

Союз проработал пока 7 лет, причем в крайне неблагоприятных условиях. Поэтому он должен укрепиться. В полной мере должны заработать общие стандарты, требования. И это укрепленное общее экономическое пространство будет диктовать свои условия, формировать новые потребности в сфере культуры, образования, возможно, даже в сфере политики. Но я считаю, что торпедировать эти вопросы, искусственно нажимать на что-то не следует, потому что все страны должны освоиться в этой нише, чувствовать себя свободно. Многие вещи будут в качестве надстройки возникать вокруг этого союза и, возможно, появится новое качество не только в сфере экономики, но и в других сферах.

— Будет ли Россия целенаправленно укреплять свои позиции в рамках цивилизации русского мира, как это сейчас старается сделать Турция или западные государства, распространяя свою культуру и ценности?

— Цивилизационная общность — это некое явление, которое формируется столетиями, потому что цивилизация не может появиться мгновенно и распасться в одну секунду. Российская империя в виде царской России и Советского Союза уже практически распалась, и мы имеем целую плеяду независимых государств. Однако цивилизационная общность в трансформированном виде все равно так или иначе продолжает сохраняться.

Понятие категории русского мира — это и широкая философская категория. В любой точке мира, где находится русский язык, русские люди, куда проникает русская культура, цивилизация — все можно назвать русским миром. А с другой стороны, понятие «русский мир» имеет более узкое значение. Это означает политический инструмент в рамках политики мягкой силы, который не просто имеет право на существование, но и расширение. И приоритетным здесь должны быть страны СНГ.

Русский мир может по-разному интерпретироваться и находить свое выражение в разных странах. Если народ и страна любит Россию, относится с симпатией и любовью к русской культуре, то и русский мир здесь будет находить свои самые лучшие и красивые формы воплощения.

— Вы отметили важную задачу на будущее — разрешение вопросов и конфликтов исключительно политическим, дипломатическим путем, а не путем военного столкновения. Как Вы видите решение вопроса непризнанных государств, например, вопроса Карабаха?

— Карабахская проблема — это старый, до конца не урегулированный конфликт, поэтому надеяться на мгновенное решение этой проблемы едва ли приходится. Это процесс политических, дипломатических переговоров, определенных соглашений, нахождения определенного баланса сил. Это ювелирная работа очень многих людей, которые заняты в своих сферах: в политике, дипломатии, экономике, инфраструктурных вопросах, но тем не менее это не безысходная тема. Тема непризнанных государств все равно приходит к своему решению, как это произошло с Южной Осетией, Абхазией.

Я думаю, что проблема Карабаха рано или поздно тоже найдет свое решение.

— Россия и Беларусь подписали соглашение об углублении интеграции в рамках Союзного государства. На Ваш взгляд, есть ли предпосылки для вливания в этот союз новых стран — например, Армении?

— В учредительных документах Союзного государства Россия-Беларусь третьего члена не прописано. Однако эта инициатива армянской общественности свидетельствует о том, что интерес к этому интеграционному объединению не угасает. И есть общественно-политические силы, которые проявляют к нему существенный интерес. Это должно в определенной мере льстить Союзному государству, что появляются некие другие заинтересованные силы, которые хотят изучить опыт, посмотреть механизмы работы. Возможно, это подвигнет Союзное государство работать не только в связке двух государств, а пригласить к сотрудничеству другие субъекты. Это вопрос для обсуждения. Но так как это общественная инициатива, то она и должна продвигаться, развиваться с помощью общественных рычагов и инструментов влияния, когда общественность в рамках своих компетенций, в рамках своей миссии может изучить этот вопрос и узнать, как можно использовать этот опыт. Поэтому флаг в руки этой инициативе.

От Бабуханян Заруи

Политический обозреватель