Об итогах прошедшего в Астане саммита ШОС, об учениях США в Армении, а также об итогах неформального саммита ОТГ в Шуше pressunity.org побеседовал с директором Центра истории Кавказа, политологом Ризваном Гусейновым. 

— 3-4 июля в Астане состоялся саммит ШОС. Насколько важен данный саммит, учитывая текущую мировую конъюнктуру и кризис в международных отношениях? И как Вы его оцениваете?

— В этот раз саммит ШОС был действительно прорывным. Было принято очень много важных решений. Прошли интересные встречи. Что касается Азербайджана, то для нас было важно подписание документа о стратегическом партнерстве с Китаем. Это большой результат многолетней дипломатический работы между Пекином и Баку. Это показывает уровень взаимопонимания и доверия, в том числе по транспортно-логистическим проектам, по Срединному коридору, который пройдет через наш регион с выходом в Европу. Саммит ШОС показал, что данная структура набирает обороты в новом формирующемся мире и что голос стран, которые объединены в рамках организации, становится все более слышимым и значимым.  

— С 15 по 24 июля в Армении пройдут учения Eagle Partner с участием армянских и американских военных. В то же время в Пентагоне заявили, что на неопределенный срок переносятся совместные военные учения Noble Partner США и Грузии на фоне пересмотра двусторонних отношений. Как Вы можете прокомментировать данный факт? Как Вы считаете, почему США отдаляются от Грузии и все больше сближаются с Арменией? Чем такое сближение чревато для региона?

— Я уже неоднократно отмечал, что есть некая рокировка между Вашингтоном и Москвой в отношении Армении и Грузии. Явно чувствуется, что еще с начала этого года есть определенная договоренность, согласно которой Москва относительно усиливает свое влияние в Грузии. Это не значит, что Грузия тотально меняет свою политику. Армения в свою очередь усиливает влияние США, но и это не значит, что Армения полностью разрывает отношения с Россией. Некий временный тактический баланс интересов между США и России в нашем регионе требует в том числе того, чтобы выровнялась политика Грузии, чтобы, с одной стороны, политика Грузии не была такой прозападной, а с другой – чтобы армянская политика не была такой пророссийской. В этом контексте учения Eagle Partner с участием военных НАТО и все позитивные заявления в адрес Армении, и негативные – в адрес Грузии говорят о том, что выбор сделан. То же самое касается и Москвы. Некая нервная риторика между Ереваном и Москвой говорит о том, что не все так гладко, но при этом не рвутся отношения. Поэтому я думаю, что выравнивание баланса интересов США и России в нашем регионе пойдет на пользу региональной безопасности и стабильности. 

— Есть ли связь между визитами глав МИД Армении и Азербайджана в Грузию? Рассматривает ли Баку возможность подписания мирного договора при посредничестве Тбилиси?

— Неоднократно озвучивалась идея о том, чтобы Тбилиси стал некой площадкой, которая предоставляет возможность Баку и Еревану общаться. Но последние полтора года Баку и Ереван сами нашли двусторонний формат общения на условной армяно-азербайджанской границе. Политики, главы МИД и лидеры двух стран используют различные площадки для двустороннего общения без посредников. Возможно, для каких-то финальных встреч лидеров Азербайджана и Армении и подписания декларативных документов о намерении идти к миру удобно будет выбрать именно Тбилиси. Неоднократно эта идея рассматривалась. 

— Как результаты выборов в Иране отразятся на внешней политике Ирана, в частности на отношениях с Арменией и Азербайджаном? Займет ли новый президент Ирана более проазербайджанскую позицию?

— Последние три года в азербайджано-иранских отношениях были очень сложные. Дело чуть ли не дошло до военного столкновения на армяно-азербайджанской границе. Иран пытался блокировать и отказывался принять новые геополитические реалии в нашем регионе, созданные Азербайджаном по итогам 44-х дневной войны. Все это теперь в прошлом, и нынешний президент Ирана, поскольку он азербайджанец и идентифицирует себя азербайджанцем, говорит о том, что все это добавит позитива для азербайджано-иранских отношений. Уже несколько раз до того, как он стал президентом, он высказывал позитивный месседж в адрес Азербайджана. В период 44-х дневной войны Пезешкиан поддерживал Азербайджан в его борьбе за территориальную целостность, критиковал Армению за захватническую политику. В любом случае надо учитывать и то, что основную линию и внешней, и внутренней политики в Иране утверждает и претворяет духовный лидер Али Хаменеи. При всем при этом духовное и политическое руководство Ирана решило идти на сближение с Азербайджаном. Есть общие проекты, которые пойдут на пользу нашему региону. Остается надеяться на то, что вот этот позитив даст новый толчок ирано-азербайджанским отношениям. 

— В культурной столице Азербайджана 7 июля прошел неформальный саммит глав государств ОТГ. Как Вы оцениваете итоги саммита? Какие цели и приоритеты стоят перед ОТГ сегодня? 

— Неформальный саммит ОТГ был очень успешным. Символически, что этот саммит проходил в освобожденном азербайджанском городе Шуша, который выбирался столицей тюркского мира, столицей исламского мира. Многие знаковые мероприятия проходят в Шуше. В этот раз основной повесткой было расширение и определение формата военно-политического и военно-технического сотрудничества между тюркскими странамии, естественно, транспортно-логистической составляющей. В этот раз ОТГ показала, что кроме экономики, транспортно-логистической и гуманитарной составляющей есть еще и пространство военно-политического сотрудничества, которое постепенно приобретает важность и требует синергии между тюркскими странами.